«Путин слушал меня очень внимательно, делая пометки»

17.01.2019

По заглавию книги Ручира Шармы, главы отдела развивающихся рынков Morgan Stanley Investment Management, нетрудно догадаться, о чем она: «Прорывные экономики. В поисках следующего экономического чуда» (в оригинале – «Breakout Nations: In Pursuit, Of the Next Economic Miracles»). У каких развивающихся стран больше шансов на успех в современном мире, а у каких – меньше? В ответе макроэкономические выкладки сочетаются с духом путешествий автора, имевшего возможность составить личное впечатление о предмете. Некоторые выводы Шармы категоричны и к тому же поданы с типичной для инвестбанкира заносчивостью. При этом эмоциональный анализ добавляет остроты книге, ставшей международным бестселлером. Книга увидела свет на Западе в прошлом году, а на днях издательство «Манн, Иванов и Фербер» выпустило ее перевод. Slon выбрал характерные фрагменты авторских рассуждений о России.

Россия: царство сюрреализма

«Развивающиеся страны нередко называют «землей контрактов». Но Россия другая, она экстремальнее и сюрреалистичнее. Это страна открытых, явных противоречий. Здешнее правительство контролирует все, что говорят по телевизору, но не то, что пишут в газетах. Средний доход россиян на душу населения составляет около 12 тысяч долларов, но, вероятно, это единственный относительно богатый народ в мире, который живет в постоянном страхе отключения электроэнергии. Многие москвичи ездят на превосходных немецких автомобилях, но организованной службы такси в городе нет. Будучи крупным экспортером пшеницы, Россия вынуждена импортировать миллионы тонн мяса и птицы для внутреннего потребления. Неудивительно, что приезжим крайне трудно понять, что тут происходит, поэтому они так часто меняют свое мнение».

«Россия – единственная крупная страна мира, которая все еще требует от командировочных и туристов перед походом в посольство России для заполнения заявления на визу подавать официальный запрос в МИД России. Это вряд ли способствует созданию дружественной для бизнеса атмосферы и особенно странно, учитывая, что многие россияне мечтают, чтобы их столица Москва стала когда-нибудь одним из финансовых центров мира».

Москва: дикие вечеринки по будням

«Считается, что деньги кричат, а истинное богатство шепчет, но в Москве оно пляшет на стойке бара. Эта мировая столица – настоящая витрина состояний нуворишей, непревзойденных в своем кричащем безвкусии: дикие вечеринки в будние дни, дорогие проститутки, толпящиеся в вестибюлях роскошных отелей, шампанское по 10 тысяч долларов за бутылку. Я видел много удивительного и даже экстравагантного и в других столицах развивающихся стран, но в Москве это выведено на принципиально иной уровень. Я, например, знаком с московскими бизнесменами, которые отправляются по выходным за грибами – на вертолете».

«Цены на нефть росли, а деньги текли рекой. Улицы Москвы начали выглядеть по-европейски, их заполонили всевозможные кафе и магазины брендовых европейских розничных сетей. На дорогах невероятно уродливые доморощенные автомобили «Лада» уступили место Mercedes и BMW. Невыносимую для глаза одежу 1970-х сменили новейшие модные тенденции из Милана и Парижа».

Регионы: машина времени

«За исключением Санкт-Петербурга, прекрасной изрезанной каналами Северной столицы России, построенной Петром I, все остальные второстепенные российские города серы и мрачны: они до сих пор советские, и по внешнему виду, и по нравственным устоям. Москва и Санкт-Петербург связаны между собой ультрасовременной высокоскоростной железной дорогой, вагоны для которой импортируют из Германии, но средний возраст остальной части российского ж/д-парка составляет 20 лет. Почти половина вагонов произведены еще в советскую эпоху. Путешествие в 700 км из Москвы в Санкт-Петербург занимается сегодня не более 4 часов, а на поездку от Москвы до Казани, которую называют «третьей столицей» России, потребуется целых тринадцать часов».

Российская экономика: две в одном

«Кремль позволяет предпринимателям свободно процветать в розничной торговле и других потребительских секторах и при этом жестко на государственном уровне контролирует стратегические нефтяной и газовый сектора. Результат – две разные экономики в рамках одной системы: первая относительно свободная, вторая на редкость авторитарная».

«В конце 2010 года Путин попросил организаторов пригласить на пресс-конференцию в Москву знающего иностранного инвестора, чтобы тот дал для него честную оценку экономики России. И ваш покорный слуга провел презентацию – в блеске камер общенациональных телеканалов и в присутствии министров важнейших ведомств. Я говорил о том, что России будет трудно и впредь расти темпами, даже близкими к темпам последнего десятилетия, поскольку цены на сырье вряд ли будут расти столь стремительно, как предыдущий период; что у России практически нет прошлого в других отраслях, кроме сырьевых; что государство играет в экономике слишком большую роль для страны со средними доходами. Путин слушал меня очень внимательно, делая пометки, и в заключение заверил, что правительство России намерено в скором будущем отказаться от некоторых нестратегических отраслей промышленности. Но в России «приватизация» означает лишь то, что государство продает свою собственность, оставляя себе не 60%, а 51%. В итоге получается, что оно владеет меньшим числом акций, но контрольный пакет по-прежнему принадлежит ему».

«Сочетание медленного экономического роста и серьезной инфляции позволяет предположить, что потенциальные темпы роста России неуклонно снижаются: Россия, как и Бразилия, так мало инвестировала в новые заводы, дороги и промышленное оборудование, что ее рабочая сила становится все менее и менее продуктивной. И чтобы восстановить прежний потенциал роста, Россия нуждается не только в новой, не нефтяной, модели экономического развития. Она нуждается в новом, не монархическом, менталитете народа».

«В развивающихся странах бытует старая мудрость: богатая страна производит богатые вещи. Южная Корея и Тайвань, например, выпускают множество видов высокотехнологичных продуктов и создали ряд глобальных потребительских брендов, от Samsung до Acer. Россия же не создает, по сути, ничего. На Московской фондовой бирже не зарегистрировано ни одной крупной и конкурентоспособной на мировом рынке производственной компании. Весьма печальный исход для страны, которая первой отправила человека в космос и дала миру двадцать семь лауреатов Нобелевской премии в области экономики и науки».