США — экспортёр проблем

28.02.2019

С одной стороны, мы видим оживление американской экономики. А с другой стороны — колоссальную задолженность в бюджетах штатов, колоссальный долг, что висит над американским правительством. И нет никаких механизмов снятия этого давления.

«Оживление американской экономики финансовые круги ожидали как манны небесной, оно должно было стать сигналом окончания кризиса. Действительно, такой сигнал поступил уже в 2010 году, когда Соединенные Штаты смогли показать становление промышленного роста. Сейчас по итогам 2012 года и первой половины 2013 года видно, что Соединенные Штаты добились неплохих успехов в деле внешних поставок. Действительно, система экспортной индустриализации, которая была основой как раз подлинной промышленной политики администрации Обамы, та самая ре-индустриализация, о которой мечтали экономисты из его окружения, она постепенно реализуется, но реализуется она очень странным образом. Если посмотреть на американскую экономику, на американскую политическую систему в целом, то видно, что при том, что даже есть повышение рентабельности компаний, промышленных компаний, мы видим колоссальную задолженность в бюджетах штатов, мы видим колоссальный долг, который висит над американским правительством, и нет никаких механизмов снятия этого давления.

В тоже время мы видим падение уровня жизни в США. И что бы там ни пыталась изобразить американская статистика, официально оно произошло, произошло за годы мирового кризиса с 2008 года. Конечно, здесь большую роль сыграла эмиссия доллара, но с другой стороны ведь проводилась политика жесткой экономии. В отдельных штатах, во многих штатах снижалась заработная плата в государственном секторе, номинально снижалась оплата труда в частном секторе. И американцы вовсе не чувствуют себя так уверенно, как во времена Билла Клинтона, когда американская экономика действительно находилась на хорошем серьезном подъёме. Конечно, оплачивал её распад Советского Союза в первую очередь. А теперь это оживление американского экспорта, части американской индустрии, эта сланцевая революция выглядит очень странно, необычно. Потому что она не просто не решает внутренних проблем американской экономики (что, кстати, констатируют наши западные коллеги – и британские, и американские участники международной инициативы постглобализации, которую мы создали как мощный аналитический проект) – но она и разрушает внешние связи. Дело в том, что усиление американского экспорта и ограничение ввоза на американский рынок иностранных товаров, в первую очередь углеводородов, ломает прежние торговые связи и на самом деле провоцирует развитие второй волны мирового кризиса, который неизбежно в сами Соединенные Штаты и вернется, вернется по инерции. Сейчас Соединенные Штаты увеличили вывоз промышленного оборудования, деталей, комплектующих. 11% американского экспорта составляет продукция легкой промышленности, что должно быть очень неприятно для китайской индустрии. Кстати, из Китая выводится постепенно американский капитал, он понемногу возвращается на родину. Все это подрывает те связи, которые существовали, подрывает то значение для мировой экономики, который имел американский рынок. Ситуация меняется, и Соединенные Штаты меняют ее сами. Им кажется, что они действительно справляются на основе неолиберальной экономической политики со своими проблемами. На самом деле они готовят второй акт этих проблем, их возвращение. Сейчас доллару ничего не угрожает. Сейчас кажется, что ничего не угрожает американской промышленности. Но когда второй акт придет, кода инерция подкатит – это действительно станет серьезными проблемами.

Что же происходит в остальных странах? Мы видим, что они проигрывают. Мы видим, что Китай начинает испытывать проблемы с экспортом. Мы видим, что и у России есть проблемы с поставками углеводородов, металлов, и за первую половину года внешние поставки снизились. Мы это все наблюдаем. И это, конечно, усиливает негативные процессы внутри экономик. В российской экономике мы наблюдаем развитие второй волны – постепенное, едва заметное, но это все происходит под влиянием как раз тех побед, которые, как кажется, одержали американские экономисты, политики над кризисом.

Т.е. получается все очень странно. Получается, что оживление американской экономики, этот перезапуск локомотива мировой экономики вовсе не приводит к тому, что вытягивается вся остальная экономика. Наоборот, экспортируются проблемы, экспортируются еще активнее, чем в 2009 году. В результате многие страны должны будут делать выбор. Они должны будут менять экономическую политику и менять ориентиры. Отказ от МВФ, от сотрудничества со Всемирным Банком, возможно, разрыв отношений с ВТО, полной отрицание принципов Вашингтонского консенсуса… Т.е. вот это вот оживление, которого действительно с большим трудом добилась администрация Обамы, далеко не полное, в действительности ослабляет американскую экономическую, политическую гегемонию в мире, провоцирует превращение мира во многоцентричную систему, многополярную. И интересно, что здесь страны БРИКС получают возможность стать новыми центрами интеграции, центрами генерации и реализации новой экономической политики, и в перспективе партнерами, а где-то и конкурентами в мировой экономической системе.»